…И в воздух чепчики!

А. Самсонов. Парад победы «

Сергей Ткачев: Дорогая Аделаида! Просто… дорогая! Чем же вы так удручены и взволнованы?

Аделаида: Ах, оставьте! Если вам скажешь, так вы начнете насмехаться, знаю я вас.

Сергей Ткачев: Нет, не буду я над вами насмехаться… где уж мне? С нынешним руководством страны чувствую себя последним отстоем, так что на насмешки над милыми дамами… хм… поскуплюсь. Хотите просто кривую ухмылку?

Аделаида: А вы сестрице своей не расскажете?

Сергей Ткачев: (торжественно) Пусть это будет нашей тайной!

Аделаида: Ну, хорошо, так и быть скажу! Я, единственная из всего нашего содружества, смотрела парад 9 мая!

Сергей Ткачев: (с нескрываемым опасением) Да вы что? Да как вы могли?

Аделаида: (с отчаянием) Вот то-то и оно! Понимаете, Сергей, люблю я это дело! С детства совершенно нескрываемо обожаю парады. Меня хлебом не корми (сейчас за фигурой слежу, так и сама не ем) — дай только на парад полюбоваться… Такая чисто женская слабость характера у меня. Особенно я обожаю, когда шаг чеканят, всякую военную технику люблю… спасу просто нет!  И тут…

Сергей Ткачев: Ну, а что тут такого? В принципе, все парады и рассчитаны на таких экзальтированных особ, как вы, ничего ужасного. Только в этот раз Сама совершенно ясно посоветовала всем на парад не пялиться… А вы?

Аделаида: (с отчаянием удвоенной силы) Вот то-то и оно! Парад… как много в этом звуке… не выдержала я!

Сергей Ткачев: И?..

Аделаида: И оскоромилась, конечно! Сейчас и не знаю, как впечатлениями поделиться… впечатления-то переполняют… А вашей сестрице только скажи, она же сразу пенять начнет.

Сергей Ткачев: И будет абсолютно права! Хорошо, делитесь со мной, я ничего никому не скажу.

Аделаида: Да я одним глазком только и хотела на этот ихний парад поглядеть…

Сергей Ткачев: Так, давайте все же придадим эпичности вашему повествованию. Классик-то наш все равно догадается, что мы тут обсуждаем… Вы, Аделаида, водочки примите, и начинайте рассказ эпично.

Аделаида: Как это?

Сергей Ткачев: А как бы с давних пор, в исторической ретроспективе, отражая сложившиеся традиции. Давайте! По маленькой и с закусоном!

Аделаида: Ага… сейчас! Ух, хорошо! А о чем это мы говорили?

Сергей Ткачев: Про то, как вы парад смотрели давеча.

Аделаида: Ага.. эпично, значит… Итак, по многолетней сложившейся традиции я, как и многие мои соотечественники, всегда смотрю телевизионную трансляцию парада на Красной площади на День победы. Смотрела его и в этом году, впечатления довольно безрадостные.

Сергей Ткачев: А  вас раньше «радость переполняла»? И все ожидания оправдывались?..

Аделаида: Типа того!

Сергей Ткачев: Так и запишем!

Аделаида: Начался парад с того, что министр обороны выехал из ворот Спасской башни без головного убора, перекрестился и надел фуражку. Не знаю, о чем он молился в тот момент, или чтобы парад прошел благополучно, или чтобы не навернуться со своего шикарного автомобиля во время движения. Потом он поехал принимать парад, поздравлять войска куцей фразой «…поздравляю вас с днем победы […] в Великой Отечественной войне», из которой выброшены очень важные слова: «советского народа», мы же не окончание второй мировой празднуем, а не свою собственную Победу.

Парад Победы 9 мая 2017 года на Красной площади в Москве

Парад Победы на Красной площади в Москве начался ровно 10 утра, с боем курантов. В этом году в нем приняли участие 10 тысяч военных, 114 единиц сухопутной техники. Впервые брусчатку главной площади страны воехала российская арктическая техника и бронеавтомобили военной полиции. На параде традиционно присутствовал президент Владимир Путин.

Воздушную часть парада в этом году было решено отменить — в связи с неблагоприятными погодными условиями.

Сергей Ткачев: Ну, спасибо хоть про Великую Отечественную вспомнил… после того, как в белый свет перекрестился… А то бы и вылепил, как давеча все лепили в телике — «время холокоста». Давайте, еще по одной, раз такое дело.

Аделаида: И вот раздалась привычная команда «первые  батальоны прямо, остальные направо» и пошли войска. Ходить в строю наши парни как не умели, так и не умеют, обидно, что столько времени потрачено на многочисленные репетиции, но колышащиеся ряды не производят того впечатления, какое производили даже недавно маршировавшие по Красной площади китайцы, не вспоминая уже о гитлеровских войсках, как эталоне движения парадных войск. Ну что делать…, наверное, менталитет у нас такой, что не терпит слипания   во что-нибудь, даже в парадную коробку.

Сергей Ткачев: Да духа нет… победительского! Наши все же не китайцы, маршируют нормально только в присутствии духа! А на эти руководительные физиономии посмотришь… так сразу поймешь, что ними просрать все можно, а победить — дудки!

Аделаида: А я вот, Сережа, никак не могу привыкнуть к этой новой форме, которая предполагает вместо  красивой фуражки какие–то невнятные береты в облипочку, которые  в массе создают впечатление пенечков, оставшихся после срубленной рощи,  это не вспоминая о том, что еще они напоминают, которое даже в медицинской терминологии вспоминать неудобно.

Сергей Ткачев: И не говорите… Одно расстройство с нынешними одеяниями… все с америкосов обезьянничают… А где эпичность, я вас спрашиваю? Где верность традициям? Заветам отцорв-дедов? О верности присяге и упоминать как-то неприлично… в беретики и эти самые разоделись… расфуфырились… Еще бабешек, поди, на парад притащили…

Аделаида: А как же! Куда нынешние в беретиках без баб? Такими же не очень стройными рядами прошли два бабских подразделения не то связисток, не то еще кого–то. Девицы, надо сказать, все как на подбор, в коротких юбках, стройные и фигуристые, даже полковничихи, возглавлявшие эти колонны, но вместо любования наводили на очень грустные мысли, если уж бабы служат в армии, то дела совсем плохи.

Сергей Ткачев: Да уж откуда тут взяться хорошим делам-то?.. Особенно, что называется, «облико морале»…

Аделаида: Диктор что–то бубнил про новые рода войск, их заслуги в борьбе с международным терроризмом,  но ни словом не обмолвился о боевом пути каждого подразделения, такое чувство, что их всех  уже  переформировали и реформировали. Тогда с какой стати они идут по главной площади страны на главный праздник огромной страны – День Победы?

Я, в отличие от мужчин, служивших в армии, и всегда очень ждущих прохода военной техники, в ней не очень разбираюсь, но камуфляжная раскраска арктических войск, впервые прошедших по Красной площади,  впечатление произвела даже на меня.

Сергей Ткачев: Нда… докатилась война и до Арктики… То есть… в некотором смысле победа…

Аделаида: По окончании парада президент пошел ручкаться с командующими, потом  вся «королевская рать» потащилась к могиле Неизвестного солдата.

Охраники «августейших особ», совершенно одинаковы с лица, как двое из ларца, различались только цветом галстуков. Те, которые охраняли «тело» – в голубых, с чемоданчиком (то ли с ядерным, то ли с компроматом – в красном, ну а носитель опахала, пардон зонтика, удостоился только рябого.

Из гостей был только президент  Молдавии (извините, но Молдова на русском уж очень коряво звучит).  На робкую попытку сына оправдать присутствие молдаванина на параде началом прозрения этих осколков великой страны, пришлось сказать, что вряд ли причина в этом, столько денег перекачано в оффшоры через молдавские банки, что похоже приехал какие–то деле перетереть, а заодно и на параде отметиться, на всякий случай. Хотя я искренне хочу, чтобы сын был прав.

Возложение венков по своей помпезности было в цыганско–армянском стиле.

Сергей Ткачев: В смысле? Это когда моя сестрица надевает все юбки сразу, чтоб непременно еще шифон, и бархат, и кружева? И чтоб от золота глаза слепило?.. Так сказать, «для торжественного случая»?..

Аделаида: Типа того! Представьте себе, огромные, выше человеческого роста  еловые сооружения с выложенными цветочными кругами, издалека напоминавшие восьмерку, что на доли секунды вызвало у меня дежавю, а не 8–е ли марта мы празднуем?..

Сергей Ткачев: Кстати, моя армяно-цыганская сестрица все это называет «татарским шиком». Ну, простим ей небольшие женские слабости.

Аделаида: Да ей-то можно! Но здесь ведь совершенно другой случай! Все надо хоть немного соображать… Надо сказать, что оба президента, несмотря на собачий холод, были в костюмчиках, а  холуйский табунчик из членов правительства,  великих экономистов, типа Глазьева, депутатов ГД, смирно стоявший, дожидаясь своей очереди, в черненьких пальтушечках, и только Матвиенко в сереньком с меховым воротничком, то ли из голубой норки, то ли из соболя.

Заинтриговала неизвестная дама в малиновой юбке, одевшаяся в лучших театральных традициях, описанных еще Сомерсетом Моэмом. А может  у них уже наступила эпоха дифференциации по цвету штанов, кто их убогих разберет. Наш славный «он вам не Димон» был мрачен и суров, с опухшим лицом, которое обычно бывает с большого бодуна или хронического недосыпа.

Сергей Ткачев: Мне кажется, он давно спивается… нет? Может, он решил, что свое правление лучше воспринимать под анестезией? Давайте по такому случаю… за нас!

Аделаида: Ох, вот сразу легче становится, как все выложишь!

Сергей Ткачев: Главное, такое в себе не держать! Селедка по маринадом просто супер-пупер! Эти все лишние, особенно в малиновых штанах, а селедка как нельзя кстати.

Аделаида: Дальше этот эпос разворачивался следующим образом. По команде они возложили гвоздики к могиле и президенты переместились к  гранитным тумбам с названиями городов–героев.

То, что на этом мероприятии было им невыносимо скучно, это понятно. Интересно, что они думали во время своих цветочных манипуляций? То, что украли и просрали все завоеванное? То, что никакого права не имеют прикасаться своими погаными руками и языками к великому Подвигу? Вряд ли… Скорее, как в незабвенные времена партийных собраний,  очень хотели, чтобы это мероприятие поскорее закончилось и они вернулись к своему привычному занятию: добивать и уничтожать останки того, на защиту и послевоенное возрождение которого,  положили жизнь  осчастливленные ими мертвые и последние еще живые.

Сергей Ткачев: Просто… глаза б на такое не глядели! Классик была права, запрещая вам на такое смотреть. Еще парочка парадов — и мы с вами сопьемся, как Димон. А знаете что?

Аделаида: Что?

Сергей Ткачев: Давайте, запись этого расчудесного парада поставим! Пусть не только нам… к селедке… А как там Шариков говорил?

Аделаида: Желаю, чтобы все!

Сергей Ткачев: Именно так!

b43a6c15492091269e6a61cc627f96c1(1)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *